Нью-Йорк 2140  - Ким Стэнли Робинсон

И ей оставалось попробовать кое-что еще. Недавно Олмстид обнаружила связь между мэром и Арне Блейхом, владельцем «Морнингсайд Риэлти», который стоял сейчас в другой части зала.

– Так вы работаете с Арне Блейхом над проектами в даунтауне?

Эстабан сощурилась, обдумывая одновременно и вопрос, и сам факт того, что Джен решила его задать. Ей это определенно не понравилось.

– Вы имеете в виду меня лично?

– Разумеется.

– Нет. – Сейчас улыбка мэра явно посылала ее куда подальше. – Простите, мне нужно поздороваться с остальными гостями, я отойду.

– Конечно. Я займусь тем же.

После этого оставалось какое-то время побыть еще на виду, постоять с вежливо-зловещим видом, а потом незаметно удалиться. Затем в дело должна была вступить группа Клэр. Это мало чем отличалось от их визита к Элли. Просто внезапно заявиться и посмотреть, не попытается ли кто сбежать. Джен сама следила за прихвостнями мэра – те были заметно привязаны к настроению Эстабан и сейчас выглядели немного испуганными и старались избегать взглядов Джен. С внезапной летемовской^[81] ясностью, словно рентгеновским зрением, Джен увидела всю городскую власть, все трепещущие силовые поля, которые, будто магнитные линии, исходили от мэра. Джен разбила стекло над неким психологическим сигналом тревоги, и теперь тот вовсю звенел.

Когда она, наконец, решила уйти, было уже поздно. Она вызвала патрульную лодку к плавучему причалу на Восьмой авеню между 35-й и 37-й улицами. Вернувшись в свою квартиру в Мете, Джен переоделась и спустилась в подвал к Владе. Позвонила ему в дверь, но никто не ответил, и она поднялась на один пролет к лодочному офису – управляющий оказался там. Джен подумала, что в офисе он проводил гораздо больше времени, чем у себя, куда, по сути, спускался только поспать. Прямо как она. Жил в рабочем кабинете.

– Как продвигается дело? – спросил он.

– Неплохо. Все еще вынюхиваю, что же здесь случилось. У вас ничего нового?

– Да не знаю. Генератор не запускается, а канализация недавно засорялась. Если бы на этом все закончилось, я бы ничего такого не подумал, а так даже не знаю.

Он посмотрел на подвешенные высоко в эллинге лодки и мрачно сдвинул брови. Массивные плечи опустились. Он все понимал. И разумеется, если люди, сделавшие предложение по зданию, каким-либо образом подкупили его или как-то иначе подчинили себе, он не мог рассчитывать, что они сдержат перед ними свое слово, когда всем тут завладеют. Скорее всего, новый собственник наймет другого управляющего, и в этом случае Владе потеряет работу. А это для него, как казалось Джен, станет настоящей трагедией. Здание было ему всем – его жизнью и кровом. В его интересах сделать что-нибудь, от чего здание выглядело бы хуже в глазах тех, кто заинтересован в покупке здания. Но мелочами этого было не добиться.

– Так, значит, с большинством этих проблем вы уже сталкивались ранее?

– Да, конечно. Со всем, кроме пропавших людей и камер, которые отключились ровно в тот момент, когда это случилось. Это было в самом деле странно. И еще, – он нахмурился, – я никогда раньше не видел таких протечек, какие нашел в прошлом месяце. Они не случайны. Так что видите, мне кажется, что здесь есть какая-то связь.

– Мне так кажется всегда. Слушайте, а вы дадите мне дела всех ваших сотрудников, включая их рекомендации, с которыми их вы сюда принимали?

– Да, мне и самому это любопытно.

Джен положила ему на стол свой планшет, и он передал на него нужные файлы.

Когда передача почти завершилась, в дверь заглянул какой-то парень:

– А вы можете спустить мой зуммер, очень срочно, пожалуйста?

Шесть футов один дюйм^[82], светло-русые волосы, довольно симпатичный, как модель из каталога дешевой мужской одежды. Брови сдвинуты, пока он излагал свою просьбу Владе. Ловкий, быстрый, нервный. Самоуверенный, но, возможно, и немного раздражительный.

– Сейчас, – тяжело отозвался Владе, переключая что-то на панели управления эллингом.

Маленькая моторка с гидрокрыльями спустилась со стропил, и молодой человек, бросив через плечо «спасибо», поспешил к ней.

– Один из ваших любимых жильцов, – предположила Джен.

Владе улыбнулся:

– Иногда он бывает тем еще придурком. Нетерпеливый юнец, вот он кто.

* * *

После этого Джен оставалось либо идти в столовую, либо к себе, либо продолжить работу. И она продолжила работу. Пошла к причалу рядом с Флэтайроном и отправилась на Пятую Южную, к бачино Вашингтон-сквер, где, как она знала, Общество взаимопомощи Нижнего Манхэттена проводило свое ежемесячное собрание. Там обычно присутствовали многие управляющие и различные заинтересованные представители зданий и организаций, благодаря которым в Овне бурлила жизнь.

Местом собрания служила большая терраса на крыше, которую для этого предоставлял Нью-Йоркский университет. Само заседание представляло собой нечто вроде коктейлей перед вечерними мероприятиями. Джен – человек известный, и поздороваться с ней подходили многие друзья и знакомые, хотя она уже давно здесь не бывала. Она держалась со всеми дружелюбно, но сама выискивала особых друзей, управляющих и специалистов по безопасности, которых она называла своими Нерегулярными войсками бачино. Это были Клиффорд Сэмпсон, старый друг ее отца из Вулворт-билдинг; Бао Ли из охранной спецгруппы в Китайском квартале; Алехандра из Ассоциации бачино Джеймса Уокера. Всех их она хорошо знала, каждому могла бросить особый взгляд, чтобы те отошли с ней в сторонку и ответили на ее вопросы. Она быстро их опросила: встречались ли где-нибудь случаи саботажа? Были ли незапрошенные предложения о выкупе коммунальных зданий? Замечали ли они что-то необычное в своих работниках, может, кто-то внезапно исчез или влез в систему безопасности?

– Да, – отвечали все. – Да, да и еще раз да. Прямо у меня в подвале. Проверяют на герметичность. Камеры ничего не замечают. Вам нужно поговорить с Йоханном, вам нужно поговорить с Луизой. Как ужасно циничны те, кто делает все эти вещи! Чертова джентрификация!^[83] Чертовы мерзавцы просто хотят заполучить наше добро. А у нас тут «Новая Венеция», и им не терпится сюда влезть. Но мы будем держаться вместе и своего не отдадим. Так что пора и полиции Нью-Йорка показать, на чьей она стороне.

– Я знаю, – снова и снова повторяла Джен. – Я знаю. Полиция Нью-Йорка на стороне города, и вы это знаете. Никому в полиции не нравятся эти аптаунские уроды. Аптаун – это аптаун, даунтаун – это даунтаун. Нужно соблюдать баланс. Закон превыше всего. Мне нужно, чтобы вы, Нерегулярные войска бачино, пошли в бой.